Титульная

Биография

Фотографии

Воспоминания

Произведения

Вечер памяти


"Записки раненого бойца"


(Книга первая)

Вместо предисловия.

В этой книге содержатся выписки юмористического, анекдотического, комического содержания короткие рассказы из жизни военных лет, а так же удачные мысли, высказывания и летучие фразы, взятые из гущи солдатской жизни по личным наблюдениям или по рассказам очевидцев современников по военным годам службы в Действующей Армии, а затем в ЭГ.
Выписки всего охватывают 4 книги «Записок раненого бойца» (Мыслей и воспоминаний) за 1942-1943 годы, то есть период нахождения в эвакогоспиталях части 361, ЭГ 2562 г. Губахи и ЖГ 2569 г. Чусовой Молотовской области.
Выписки перенесены в Книгу эту без изменений, но с частичным редактированием в грамматическом отношении.
Не всё, что есть тут, нужно считать за нужное, а оно лишь нужно было мне ради сохранения Записок воспоминаний тяжелых лет переживаний, исписанных в карандашном наброске. Поэтому и остаются данные выписки из бывших Записок на правах ЛИЧНЫХ ЗАПИСОК для себя.

С.М. Кушаков
20 октября 1959 года, дер. Мари-Отары.





«На!» - Значит что-то не дают.

- Федя! Федя! А, Федь!
Федя не оглядывается.
- Федя, на!
Федя оглянулся. И все хохочут.
13.10.42 г.


                                                               * * *

- Эй, рус, пропуск у вас опять «мушка»?


                                                               * * *

- Рус, сыграй «Катюшу»?
Мы и сыграли позднее. После этого не «расцветали яблони и груши», а разлетались головы и туши.
14.10.42 г.


                                                               * * *

Ехал мужик. Ну, значит, напился. Спит. Лошадь его привела к какому-то двору и уткнулась в чужой плетень.
Его заметили парни. Лошадь распрягли, оглобли проткнули сквозь плетень и вновь запрягли.
Утром мужик просыпается от холода и кричит на лошадь:
- Но, ну! Ну чего стоишь?!
И вдруг замечает, что лошадь его стоит по ту стороны плетня. Ба! Как же она тама?!
- Ну, как же ты, дура, туда залезла? А?! – кричит мужик. – Вот ведь скотина!
14.10.42 г.


                                                               * * *

       Бог сотворил на земле три зла: милиционера, пожарника и козла. Козёл куда хочешь заберётся, милиционер и пожарник к кому хочешь придерутся.


                                                               * * *

       В обороне.
       Утро. Кругом ни звука. Ни души. Будто и нет войны, вымерло всё. И вдруг:
       - Бах! Бах! Бах! Бах!
       Это рвутся немецкие снаряды.
       - Рус, подъем!
       - Рус, обед!
       А вечером опять то же.
       - Рус, отбой! Ложись спать!


                                                               * * *

       - Она ещё совсем молодая: лет 18 до ста не хватает, - подшучивали над одним.


                                                               * * *

       Хвала бойцу – певцу Хохлову
       За песню громкую его!

                                                               * * *

       "Под конвоем."

       - Абгам, куда идёшь?
       - На охоту.
       - А где ружье?
       - А вот сзади несут…

                                                               * * *

       - Сестра, мне надо грелку.
       - Хорошо!
       - Знаешь, только пуда на четыре!

                                                               * * *

       - Вы откуда будете?
       - Я-то?
       - А, не надо, не надо! Знаю уж, вятские!

                                                               * * *

       - «Вижу». – «Кого?» - «Ивана Иваныча!» - «Где?» - «В мешке». – «Бей по башке!»

                                                               * * *

       - Животик температурит. Мне надо сестру с порошком.

                                                               * * *

       - Повесь мой секель: будешь старшиной!

                                                               * * *

       Тот же Примаков докладывает однажды полковнику:
       - Товарищ полковник! Я – дневальный, я – дежурный, я – товарищ старшина!
       - Как?
       - Пришёл дежурный по полуэскадрону – оставил за себя. Пришёл старшина – оставил за себя.

                                                               * * *

       - Самозванцев нам не надо, старшиною буду я!

                                                               * * *

       - Тяжело раненый?
       - Нет, только весом тяжёлый!

                                                               * * *

       - Вся ты, дочка, в матку!
        (А матка-то была блядь.)

                                                               * * *

       - Кавалерист?
       - Кавалерист.
       - Ну, значит, конокрад!

                                                               * * *

       - Знаешь, Костя наш говорит, что познакомился с новой барышней. Блондинкой!
       - Ну! Так она ж подсела, лет без пяти ей до ста! Ха-ха-ха.

                                                               * * *

       - Ивановский, ну как, Людмила Александровна пишет тебе письма? – спрашивают входившего в палату.
       Он пробует улыбнуться, но это у него не выходит. Затем нахмурился, посмотрел исподлобья и отвернулся…
       А смеялись больно-раненые над тем, как он однажды написал записку лечащему врачу – молодой красивой женщине. Она была блондинка, стройная и такая милая! Написал же он вот что: - «Милая Людмила Александровна! Мне необходима прогулка и ежедневная по 45 минут, но обязательно в сопровождении Вас». Зашёл он с этой запиской в перевязочную, подаёт записку и удаляется.
       Врач, получив записку, стала в присутствии сестёр читать вслух содержимое. В тот же день оно стало известно всему госпиталю. От постоянных насмешек и разыгрываний его отчасти спасала лишь его глуховатость, другая деталь – Людмила Александровна вскоре была мобилизована в Действующую Красную Армию.
       30.12.42 г.

                                                               * * *

       Часто поговаривали: - Это было давно, и далеко неправда. – Кушать он мужичок, а как работать – чистый ребёнок. Про тех, кто беспробудно спал, подшучивали: «Он страдает бессонницей». – У него воспаление хитрости. – Хорош человек! – говорил армянин Махтарьян. – Кушать он понимал, а работать – нет, - говорили про некоторых нацменов. – Почему лежишь? Не слышишь, подъем был? Отвечали те же: - Моя голова твоя голова не понимает. – Зато отбой же понимали точь в точь и ложились аккуратнее и первыми.

                                                               * * *

       - Коня видал? – спрашивает армянин, подходя к коновязи.
       - Какой масти?
       - Один жьопа, как бутылька, другой жьопа, как байшьмак.
       - Значит, кобыла?
       - Вот, вот, кобыля! – обрадовался он. – Значит, тебе знакомая? Ты видал?
       - Нет, - ответил тот.
       Армянин посмотрел на него с явным недоверием.

                                                               * * *

       Армянин говорил: - Руська барышня, руська барышня! Ах, я люблю руська барышня!

                                                               * * *

       - Послушайте, о чём будет врать курский соловей! – говорили перед тем, как кто-нибудь из курских хотел что-то рассказать.

                                                               * * *

       Загадывали и отвечали:
       - Какая разница между хирургом и охотником? – Охотник сначала убивает, потом шкуру снимает. Хирург же сначала шкуру сдирает, потом убивает.
       - Какая разница между блохой и курицей? – Курица сидит на своих яйцах, а блоха – на твоих.

                                                               * * *

       И он запел: - Ревела дура, муж прибил…
       Поговаривали: - Что значит «кацап»? «Цап» по-хохляцки «козёл», «цепке» - коза. Про одних говорили: пальцем деланный.

                                                               * * *

       На пароходе. Едут вятичи. Народу полно. Вдруг одна женщина закричала:
       - Гляй-ко, лешак, сидора-то утащило!
       Мужик, названный «лешаком», смотрит вдаль и видит, что все уставились на него. Теперь он понял, что речь идёт про него. При нём был друг Сидор. И он лежит у самых его ног как ни в чём не бывало. Те в свою очередь кричат своё: сидора утащили. Мужик вдруг замечает, что нет его мешка. Говорит: - Лешаки! Чего вы болтаете? Какого Сидора утащили? Сидор-то вот! Сидор-то лежит цел, а мешка-то нет, утащили.
       Они же «сидором» называли его мешок.
       25.02.43 г.

                                                               * * *

       - Расшифруй Афоня, слово Дуня?
       Афоня думает, но расшифровать не может. Тогда первый говорит, что он поможет, в таком случае, сам. Говорит:
       - Д – дураков… У – у нас… Н – нет.
       - А Я-то? – нетерпеливо спрашивает Афоня.
       - Ах, да! Я про Вас-то и забыл!
       Смех.
       Тогда скажи лучше: 1. Почему наша страна самая сладкая, самая богатая и самая умная?
       - Не знаю, - признается Афоня.
       Эх, ты! Самая сладкая, потому что Горький только один Максим; самая богатая, потому что Бедный только один Демьян был; а…
       - А самая умная? – не терпится Афоне.
       - Да только ТЫ один дурак-то, Афоня!
       - Хо-хо-хо! – дружный смех. – Хорошо, что я не перехватил. Здорово поддел.
       25.02.43 г.

                                                               * * *

       - Сима, у тя какие волосы?
       - Русые.
       - А на голове?
       - Сестра Сима смущенно молчит, и уходит. Нехорошо!

                                                               * * *

       Про невпопад говоривших: - Не в тот вагон попал. – Не той ногой перешагнул. – Без адреса не принимают.

                                                               * * *

       - Вы кто такой?
       - Дневальный.
       - Здорово! – сказал, посмотрев на него, полковник.
       - А вы – кто?
       - Полковник.
       - Тоже здорово!

                                                               * * *

       Он ещё крепко помнит: без разрешения старшины никого не пускать в конюшню. Иначе ему влетит за это, если он нарушит это. Но вот пришёл полковник. Дневальный ему и говорит:
       - Товарищ полковник! Сюда нельзя заходить! А то старшина придёт, и мне попадёт, а Вам тем более!

                                                               * * *

       Нашлась же, быть может, одна в мире женщина, которая сказала:
       - У людей мужьев на фронте убивают, а моего-то и волки вовсе не съедят!
       Это была сестра Таня, которая вышла замуж, не зная, сколько ему лет. А когда через месяц спросила, оказалось ему 38 лет! Сама она, действительно, молодая, и сердится, по-видимому, за свою обманутую молодость. К тому же, на него наложили, говорит, броню. Ребята наши подшучивали:
       - До каких пор на него наложена БРОНЯ?
       Таня, устыдившись, уходила.

                                                               * * *

       Сестра смотрит на градусник и говорит:
       - Тридцать шесть и шесть.
       - А что – сантиметров? – спрашивает тот.
       Таня не понимает.
       - У него температурит повыше колен! – поясняет другой.
       Сестра смущенно уходит.

                                                               * * *

       Он вот только-только вылез из гипса, как цыпленок из скорлупы. А уж выписать хотят. Куда его!

                                                               * * *

       Командир ему приказал подтащить ящик с патронами. Незадолго до этого он приносил бойцам в термосе горячую пищу. Спина его вся была облита супом и основательно обледенела. В таком же виде он и пошёл выполнять задание.
       Тащить ящик волоком, конечно, тяжело, да и нескоро! Дело было на открытом месте, на виду немецких автоматчиков. Но всё же он выполнят задание с честью, но с одним уроном. Об этом мы узнали после. Во время выполнения задания он однажды почувствовал рывок на плече. Но боли нет. Крови тоже, вроде, нет. Что это? Раздумывать некогда. Осмотрели после: разорвали полушубок, пробита куртка. Раздели и обнаружили пулю. Вот тебе и обледеневший полушубок! Разлитый суп! Может, это и спасло его. А боец, посмотрев на свой новый разорванный полушубок, с улыбкой говорит:
       - Жаль полушубка! Хороший был!...
       … Мне вспомнился и другой случай с младшим лейтенантом Дубиной. У него пулю обнаружили в рукаве гимнастёрки. Смирнов, наш комэска, всё время над ним подшучивал: - Ну-ка, Дубина, расскажи, как тебя ранило? – Дубина же на это беззлобно улыбался.
       02.03.43 г.

                                                               * * *

       - Чернявый, как сметана, кучерявый, как свинья. – Он любит свою жену, как собака палку. «Спереди нас рать, сзади нас рать. И битвою мать Россия спасена! Сказал Мамай и побежал в Сарай. – Русские на Прут, румыне на Серет.

                                                               * * *

       Смекалка.
       1-й сын имеет 50 яблок, 2-й имеет 30, 3-й – 10. Продать по одной цене и принести одинаковую сумму.
       Решение: Утром они продавали по дешевке: 1 руб. за 7 штук. К вечеру яблоки подорожали и продали они по 3 руб. за штуку. Принесли вырученное все поровну: по 10 руб.
       12.03.43 г.

               Конец из 1-й книги записей.

       ЭГ 2562 г. Губаха. Лечился в этом госпитале с 16 сентября 1942 г. Ранен 12/13 августа 1942 г. в деревне Слобода Орловской области, около Сухиничей (Ныне Калужской области. В годы войны - Смоленской (с 1937 г.) Прим. S.Z.). В Москву прибыл в теплушке 24 августа. Эвакуирован в г. Губаха 11 сентября.



               (Выписки из 2-й книги. Нач. 16 апреля 1943 г. Кон. 29 июля 43 г.)

- Ну как, отец, воевал?
- Воевал.
- В наступление ходил?
- Ходил.
- А как ходил? Выбили и в блиндаже у них был?
- А как же? Выбили и в блиндаже у них был! Когда немцы убежали, мы по блиндажам. Прошли все-все блиндажи! А там чего только не было! Ночь там провели. А мы все уже поели – нас-то ведь немало было! А утром ждали, ждали – старшины нету. Ну и пошли мы завтракать на старое своё место, к своим блиндажам. А когда позавтракали и пошли обратно на рубеж, нас немец не пустил уже. Он там опять засел. Вот как я ходил.
16.04.43 г.

                                                               * * *

Сидим мы в блиндаже. Ночью было дело. И вдруг слышим: - Русь, вылазь! – Ещё повторяют: - Русь вылазь!
Ёшт корень, да ведь это же немцы! Комиссар говорит: - Я лучше застрелюсь, чем им сдаться!
- Куда, - я говорю, - застрелиться! Постой, обуемся, посмотрим, что из этого выйдет!
А в это время часовой наш спал ли или не заметил сперва. Но услышал, что разговаривают. Узнал, видимо, с кем имеет дело. Мы услышали только топот ног над блиндажом и сильный взрыв гранаты. В тот же миг забежал часовой и говорит: - Я их спугнул!
Комиссар и говорит:
- Ну, что, расстрелять его – пара пустяков, и что с этого толку? Кроме же того, он спас нашу жизнь.
И так иногда бывало.
16.04.43 г.

                                                               * * *

Один рассказывал:
- Русь подымайсь!
Мы встали, и один из нас спрашивает:
- А ты кто такой?
Ну и говорит тот: - Русь, давай, давай! Пойдём!
Немец! Я не успел опомниться, мой товарищ качался уже на плечах немца. Я – стрелять из автомата! Не тут-то было! Так и утащили одного.
Невероятно, но приходится, видимо, верить, так как рассказывающий говорил от первого лица. Видимо, и такие бывали случаи.

                                                               * * *

Бывали, говорят, и такие случаи:
- Русь, - говорят, - кричат в радио. – Слушай «Катюшу»!
Играет патефон, слышится советская песня «Катюша». А то:
- Иван, повернись задом! Сахар будем делить! Кому?
- Петрову! – слышится другой голос.
- Кому?
- Иванову!
- Табак, хлеб будем делить. Кому?
Следует перечень фамилий наших бойцов.
Вечер. Слышишь:
- Русь, слушай вечернюю перекличку! Иванов есть? Сидоров, Подколзин, Захряпин, Ларионцев, Мельников, Хляп, Анисин, Курмышев…
И так всех подряд. Вот те на!
16.04.1943 г.

                                                               * * *

- Солдаты, наелись? – Наелись! – Селёдку будете? – Давай!
- Солдаты, пообедали? – Обедали! – Хватает? – Хватает! – Остаётся? – Остаётся! – А что с остатками делаете? – Доедаем!

                                                               * * *

Высунулся из люка, а снарядом как попало, так и оторвало ему голову. Тело свалилось внутрь.

                                                               * * *

- Вышла однажды я на улицу, - рассказывает со смехом сестра, - (а дело было лето) – ба! Со второго этажа висит что-то белое! Что это? Вначале испугалась. Оказалось, что простыня, по которой спускались больно-раненые и уходили в город.

                                                               * * *

- Чего ворачаешься?
- Культя мешает. Вроде вся нога есть, хочу так заложить, всю ногу чувствую… А ноги-то нет!

                                                               * * *

Отбой. Дежурный по госпиталю выключил свет.
- Обожди, не выключай! – кричит Ваня.
- Что такое?
- Да включай же скорее! Включай!
- Что с тобой? – с тревогой спрашивает дежурный врач. – Что случилось, Ваня? – Включает быстро свет.
- Да я ещё не успел закрыть глаза, - спокойно отвечает тот.
Все смеются. Смеется и дежурный врач.
- Ну и выдумщик же ты, Ваня!

                                                               * * *

- Что ты кричишь, ругаешься? – спрашивает шофёр одноглазого. – Я ж больше тебя вижу!
- Нет, ты меньше меня видишь! – говорит тот. – Скажи лучше, сколько глаз ты видишь на мне?
- Один, отвечает шофёр.
- А я, - говорит, - вижу два. Значит, я вижу больше!

                                                               * * *

Сосед по койке Николай говорит, что в Америке за сотню тысяч долларов судят меньше, чем за один. Сотня тысяч может соблазнить любого, чем один доллар, на который решаются только мелочники, отъявленные. Верно ли?

                                                               * * *

- У людей черти лучше, чем у нас соседи!

                                                               * * *

- Эх, ты! Если твою морду да мою жопу выставить вместе да рядом, скажут «два бандита»!

                                                               * * *

Были три брата. Один был с 1905 года, второй – 1909, третий – 1913. И вот старший брат женился и вскоре пошёл на службу в Армию. Пока его не было, с ней закутил второй его брат. А затем с ней стали жить официально и написал об этом старшему брату в Армию. Тот же ответил ему, что если сумел наладить дело, так и живи. Не мила станет – прогони её к ядреной бабушке! Так и сделали: её из дому прогнали. И знаешь ли, через некоторое время возьмись да женись на ней 3-й брат! Так и живут теперь вместе! А она была молодая, куда моложе первого своего мужа, то есть первого самого старшего брата.

Другой такой же случай.
Поженился один брат. Уехал в Армию. А у него был младший брат-горбун. Ну, в этом деле на внешнюю красоту не особенно смотрят. Так этот горбун нажил от неё ребенка. Старший брат приезжает и говорит тому: - Сумели нажить – сумейте жить. А я найду себе другую. – А за горбатого, верно, не вышла бы другая, глядя.
Старший брат стал гулять с молодыми девками как холостяк, а горбун живёт-поживает с его женой.

                                                               * * *

Пахали мы однажды на двух волах. Я ещё неопытный был. Волы сделают один широкий круг и тут же лягут отдыхать. Хоть сколько ни гони, не отдохнувши определенное время, ни за что не встанут. Так вот из нас постарше нас и учит крутить быкам хвосты, чтобы их заставить подняться, когда захочешь. Мы и крутили быкам хвосты, а сами хохотали до упаду, как быки, не выдержав, поднимались с пашни. Теперь я знаю разгадку загадки: «Какая разница между быком и трактором?» она была очень проста и практична: трактора заводят спереди, а быка сзади! Так-то: поживешь, научишься – недаром говорят!

                                                               * * *

- Ну, это не моего ума дело! – Солнце в дуб зашло (т.е. высотой).

                                                               * * *

- Эх, люблю военную жизнь! – сказал солдат, и сам горько заплакал.


               (Выписки из 3-й книги. г. Чусовой. ЭГ 2569. Нач. 29 июля 1943 г.)


                                                               * * *

- Она была такая свеженькая и чистенькая, как вылетевшая из гнезда птичка.


               (Выписки из 4-й книги. г. Чусовой. ЭГ 2569. Нач. 20 августа 1943 г.)

                                                               * * *

- Эй, Русь, что делаешь?
- Траншеи укрепляю! – отвечает русский немцу. А сам добывал огонь для курева из «Катюши» (Зажигалки).

                                                               * * *

- Радует не праздник, а водка. – Чурбан с глазами.

                                                               * * *

При погрузке на станции: - По ногам считают – людей не хватает, по головам считают – лишние есть.

                                                               * * *

Рассказ старика:
- Мне-то что? Пошли в наступление. Чуть побежал, стал задыхаться. Молодые-то побежали все. Остановился отдышаться и оглянулся. Справа ДЗОТ и траншея. И вдруг выходит немец из траншеи спиной в мою сторону.
- Руки вверх!
Немец с перепугу аж автомат выронил. Я взял его на прицел и сдал подоспевшим сзади бойцам.
29.08.1943 г.

                                                               * * *

- Вы будете навоз вывозить, а мы будем записывать, сколько вывезли. – А глаза у Вас натуральные? – Вам бы такого мужа, как Ваша бритва (Пожелание плохой парикмахерше).

Конец.




С.М. Кушаков
Перепечатано с оригинала 15-20 октября 1959 года.